Мнение о втором сезоне «Гангстерленда» и расписание выхода серий. Еще больше безумия, крови и Тома Харди

«Моя работа — иметь инструмент для решения любой проблемы: маленький, большой, а если потребуется — очень большой» — эта фраза персонажа Тома Харди (Tom Hardy) идеально описывает «Гангстерленд». Шоу о лондонском решале, которое больше всего напоминает античную трагедию о крахе империи. Рассказываю, каким получился старт второго сезона шоу и почему, несмотря на все проблемы, это все еще один из лучших криминальных сериалов современности.

Вот уже несколько десятилетий криминальной жизнью северного Лондона правит семья Харриганов. Ну как правит — скорее, город охвачен ураганом пороков, насилия и хаоса, которые сеют ее представители. Прежде всего глава семейства Конрад (Пирс Броснан) — безумный император, в котором удивительно органично сочетаются аристократичность британского пэра и поведение ирландского быдла. Его жена Мейв (Хелен Миррен) не уступает мужу в эксцентричности и жестокости, но сильно превосходит его в хитрости и патологической потребности плести интриги.

Впрочем, остальные члены семейства, хоть и выглядят адекватнее, тоже имеют по паре десятков скелетов в шкафу, что становится бесконечным источником проблем. Империя Харриганов давно бы захлебнулась в крови и ненависти друг к другу, если бы не Гарри Де Соуза (Том Харди) — хмурый решала, который колесит по городу, исправляя их косяки.

Финал первого сезона «Гангстерленда», хоть и формально завершился триумфом Харриганов, был больше посвящен расстановке ружей для продолжения. И в первой серии второго сезона они выстрелили все разом, причем не обычными пулями, а напалмом. На перечисление всех невзгод «харригановского королевства» уйдет слишком много времени, поэтому остановимся на главном. Между Конрадом и Кевином — холодная война, которая с минуты на минуту перерастет в горячую. Серафина вступила в сговор с могущественной и загадочной Кэт Макалистер (Джанет Мактир), которая оказалась не только главой международного преступного синдиката, но и новым послом США в Великобритании. Конрад и Мейв окончательно слетели с катушек и, несмотря на то, что обоим за 70, устроили кровавую баню на переговорах с турецкой мафией, развязав тем самым еще одну войну. К тому же умудрились оставить в живых свидетеля, который тут же их сдал полиции, но это уже совсем мелочи.

Может показаться, что во втором сезоне сценаристы «Гангстерленда» потеряли чувство меры и теперь это уже никакой не реалистичный, приземленный криминальный триллер. Но давайте откровенно — он таким никогда и не был.

«Гангстерленд» с самого начала — сериал про то, как хмурый Том Харди ездит по Лондону на машине, «обкашливает» по телефону вопросики, тем самым решая одну проблему за другой (среди продюсеров шоу явно фанаты картины «Лок» (Locke)). Делает он это, не просчитывая соперников на несколько ходов вперед, сопоставляя факты или выискивая слабые места в чужих планах, а с помощью известного еще с античности драматического приема, который называется «бог из машины».

Вся фабула «Гангстерленда» держится на простом правиле: что бы ни случилось, хоть вторжение инопланетян, Гарри сделает пару звонков и все разрулит, ну, в крайнем случае, выйдет из машины, задушевно поговорит либо всех перестреляет. Именно это безграничное всесилие Де Соузы вынуждает сценаристов постоянно повышать ставки, все чаще жертвуя реалистичностью и логикой ради очередной демонстрации того, что главный герой способен разрулить вообще что угодно.

Поэтому и противостояние с Кэт Макалистер позиционируется уже не как Харриганы против абстрактного международного синдиката, а едва ли не как Харриганы против США — потому что, по словам Гарри, за ней стоят «триллионы бюджета и ядерный арсенал». А знаете, как он решил проблему свидетеля, который видел, как Конрад и Мейв перестреляли с десяток человек? Просто нашел его и поговорил. Потому что лондонские полицейские не додумались взять под охрану свидетеля, чьи показания позволят пожизненно упрятать за решетку главу могущественной криминальной группировки.

Но превращает ли эта сценарная условность «Гангстерленд» в плохой сериал? Нет. Предсказуемым делает, нереалистичным тоже, временами даже раздражающим. Но она совершенно не отменяет того, что всё вокруг Гарри и его чудесных способов решения проблем работает на удивление хорошо.

Сюжет «Гангстерленда» (исключая решения Де Соузы) — действительно сложная и запутанная шахматная партия, где у каждого хода соперников есть внятная мотивация и последствия. В общем, враги могущественны и опасны, интриги лихо закручены, предательства, как и союзы, неожиданны.

При этом «Гангстерленд» не столько про противостояние криминальных кланов, сколько про то, как эгоизм, старые обиды, тщеславие и пороки одной семьи способны привести к крушению империи, которая прочно стояла десятилетиями. Самые опасные конфликты здесь не из-за денег или власти, а из-за уязвленного самолюбия, ревности, нежелания уступать близким и неспособности отпустить прошлое. Семейка Харриганов — это эталонный клубок змей, а драмы и страсти здесь поистине шекспировских масштабов и никого не оставят равнодушным. Вот лишь один и не самый «жесткий» пример: глава семьи Конрад на самом деле отец собственного внука. Все в семье об этом знают и как-то пытаются с этим знанием жить (и это не спойлер из второго сезона — прим. ред.).

Выглядит «Гангстерленд» как большое гангстерское кино: роскошные особняки, дорогие рестораны и автомобили, эффектные локации, кровавые разборки, взрывы и перестрелки. Экшен жесткий и энергичный, камера смакует как внезапные вспышки насилия, так и все атрибуты жизни криминальной аристократии.

Ну и главная причина смотреть шоу Ронана Беннетта — это персонажи и актеры, которые их играют. Удовольствие получаешь не только потому, что среди них множество ярчайших и запоминающихся криминальных типажей: харизматичные безумцы, продажные копы, аристократичные ублюдки с дробовиками, коварные интриганы, хладнокровные киллеры, избалованные наследники и прочее. Но в первую очередь от того, что при всей гаяричевской гипертрофированности они получились на удивление естественными, живыми и многогранными. Так что хочешь ты этого или нет, а все равно начинаешь им сопереживать, осуждать, ненавидеть, в общем, в них веришь (в отличие от сюжета).

В этом, конечно, большая заслуга сценаристов шоу во главе с шоураннером Ронаном Беннеттом, но главная причина — это актеры. Фанаты «Гарри Поттера» (Harry Potter) и «Игры престолов» (Game of Thrones) в курсе, что, кажется, в какую британскую подворотню ни зайди, наткнешься на талант уровня «Оскара». Вот и в касте «Гангстерленда» сразу несколько претендентов на статус национального достояния. Пэдди Консидайн — уже в привычной для себя роли человека, которого одновременно манит и уничтожает доставшаяся ему власть. Абсолютно прекрасный и демонический Тоби Джонс, у которого преступно мало экранного времени. Том Харди, чья брутальность в сочетании с какой-то противоестественной для таких габаритов уязвимостью и интеллигентностью превращает Де Соузу в практически трагического персонажа. Но затмевает всех дуэт Пирса Броснана и Хелен Миррен. Чувствуется, с каким наслаждением они играют настолько отбитых, сумасшедших, отвратительных, при этом завораживающе притягательных персонажей. В одной сцене Конрад и Мейв, обнявшись, вспоминают, как родился их сын, которого пару часов назад разрезали бензопилой у них на глазах. В другой орут, что перережут глотки друг другу. И хочется, чтобы этот мини-спектакль двух великих не заканчивался никогда.

В итоге как серьезный и реалистичный криминальный триллер «Гангстерленд», может, и не работает. А вот как роскошно поставленная, гипертрофированная семейная трагедия о человеческих пороках, безумии и крушении империи сериал, похоже, удастся на все сто (однозначно можно будет сказать по итогу сезона). В конце концов, кто откажется еще десять часов смотреть, как хмурый Том Харди ездит по Лондону и мутит мутки.