Как Кодзима сломал Россию — текст Константина Говоруна

После отъезда знаменитого геймдизайнера в воздухе, которым дышат российские геймеры, зависло неловкое молчание. Что это вообще было? Редактор возрожденной «Страны игр» считает, что наша игровая культура сильно изменилась за последние годы. С разрешения Константина Говоруна, главного редактора GameLand, VGTimes публикует его статью целиком.

Благодаря гению мы все поняли кое-что очень важное.

Великое стояние за благословением Кодзимы закончилось: гений снизошел, приобнял, помахал рукой, улыбнулся, и даже мерзкая московская осень словно спряталась в самый дальний чулан. Визит автора Metal Gear Solid стал для геймеров таким же разрывающим сознание праздником, как Чемпионат мира для фанатов футбола (конечно, с поправкой на то, что фанатов футбола в России несколько больше). И как этот самый Чемпионат мира — с его развеселой Никольской и разом подобревшими полицейскими — стал сном о чем-то намного большем.

Роль самого Хидео Кодзимы в этом празднике, в общем-то, невелика. Metal Gear Solid — не самый популярный в России японский игровой цикл. Не больше, чем Devil May Cry, Tekken или Final Fantasy, не говоря уже о Dark Souls. Мем «Кодзима гений» тоже, в общем-то, повторяют примерно одни и те же персонажи — игровые журналисты и люди из игровой индустрии. В Россию уже приезжали Кацухиро Харада, Йосинори Оно, Ричард Гэрриот — без особой истерики в соцсетях. Игры Тодда Говарда и Марчина Ивински на порядок (в правильном значении этого слова) популярнее, Дэвид Кейдж может куда веселее поговорить про искусство, а Хидеки Камия — про комментарии в соцсетях. Авторы Super Mario Bros. и Mortal Kombat понятнее людям из российского телевизора. Но так получилось, что приехал именно Хидео Кодзима — и сделал это очень вовремя.

Не ошибусь, если предположу: часть людей в очереди на Кодзиму не играла в Metal Gear Solid (кроме, разве что, пятой части) и толком не понимает, почему конкретно он знаменит. Иначе бы не получалось так, что в конкурсе с творческим заданием «расскажите, за что вы любите Кодзиму» (где разыгрывался билет на закрытый показ с гением!) многие участники массово переписывают википедию или воруют куски из старых статей, но не могут выдавить ни строчки от себя. Просто звезды так сошлись, что в октябре 2019 года Кодзима стал амбассадором всей вот этой нашей геймерской культуры в хорошем смысле, живым символом игр как искусства, а ради такого можно и постоять в очереди или еще как-то немного пострадать. Сейчас — уже можно.

Лет пятнадцать назад на обложке журнала «Страна Игр» с эксклюзивным интервью Кодзимы красовался дурацкий вынос: «это наша корова, и мы ее доим». В этом было и наивное до нелепости хвастовство (эксклюзив же!), и грустная правда жизни (никому, кроме нас, такой эксклюзив пятнадцать лет назад в России был не нужен). Журнала уже больше нет, но его идеология («игры как искусство», «продвижение цивилизованной культуры потребления видеоигр в России» и вот это все) уверенно победила — «Игромир» успешно косплеит Gamescom, люди выстраиваются в очередь за автографом Кодзимы, бывшие редакторы и авторы «Страны Игр» (и не только, конечно, не только они) берут у него интервью. К этому мы шли, об этом мы мечтали (и даже предсказали шутку про гения), это без шуток прекрасно.

Не думаю, что вклад «Страны Игр» велик, но мы были на правильной стороне истории.

Нет смысла удивляться тому, что Кодзиму вдруг захотели все — Иван Ургант, ИТАР ТАСС, «Медуза» и даже «Лента.ру». Несколько лет назад, когда на мобильных платформах выходила Super Mario Run, и Сигеру Миямото заглянул вместе с ранним билдом в гости к в Tonight Show к Джимми Фэллону, продюсеры «Вечернего Урганта» срочно запросили то же самое. Дескать, если нельзя Миямото, то пусть хотя бы хоть какой-нибудь колоритный японец. Непрофильным медиа тоже нужны просмотры и клики, а еще больше им нужны просмотры и клики молодых — тех, кто уже давно не смотрит телевизор. А как это сделать — черт его знает. Поэтому как только у них перед глазами появляется история в понятном формате (звезда мирового уровня впервые приезжает в Россию), тут же выстраиваются в очередь.

Конечно, переключаться с нарратива «игры убивают» на «гений геймдизайна посетил Москву» — это ведь очень непросто. Именно поэтому все эфиры и статьи о Кодзиме источают неловкость — в меньшей («Вечерний Ургант») или большей (эфир на НТВ) степени. Иные медиа, вроде РБК и особенно Москвы 24, и вовсе умудрились совместить нарративы — дескать, гениальный создатель игр, зомбирующих нашу молодежь (возможно, по заказу ЦРУ), прогулялся по похорошевшей Москве так же нагло, мерзко и дерзко, как и все вот эти непонятные рэперы и блогеры, которым платит Госдеп. А ведь был когда-то лузером из какой-то Konami — позорного пристанища неудачников.

И все же неловкости было больше, чем ненависти. Хидео Кодзиму ведь очень непросто вписать в шаблоны из методичек. Делает игры, но не американец и даже не из агрессивного блока НАТО, а гражданин умеренно дружелюбной Японии. Привез и не стрелялку, и не драчку, а черт знает что такое, да еще и с голливудскими актерами. Любит русское кино и русскую музыку, сам попросил (!) сводить его в московское метро (наверное, чтобы сделать новую игру о нем!). И поклонники — вот все эти молодые люди с горящими глазами — хвалят его не за стрельбу, монстров и взрывы, а за историю, персонажей и постмодернистские шуточки. Как из этого сделать сюжет об проекте ЦРУ и разжижении мозгов — совершенно непонятно. Повезло, конечно, что не с Metal Gear Solid V приехал (там бы уж точно подтянули ветеранов Афганистана на ток-шоу), но я уже говорил — время удачное.

Гений уехал, а неловкость-то осталась. Она зафиксировала чудовищный разлом между новым и старым, который уже не сводится к тому, кому-то нравятся видеоигры, а кто-то считает их злом или глупостью. Прямолинейная риторика о горящих кинескопах осталась в девяностых, о жестоких стрелялках — в нулевых. Да, благодаря Call of Duty жив нарратив о том, что в американских играх наших детей заставляют убивать русских солдат, но и он актуален все реже и реже. Сейчас для начала критик должен осознать, о чем вообще речь, а это сложнее с каждым годом. Попробуйте объяснить условному Мединскому, что вообще такое Dota 2 (отсюда, кстати, и конфуз с «Докой»). Стрелялка это или все же бродилка? Попробуйте объяснить ему, что такое Death Stranding. У нас просто уже нет общих слов, в этом смысле мы так же бессильны, как и пришельцы с корабля в «Прибытии», пытающиеся растолковать землянам, что к чему. С другой стороны, и те не смогут сформулировать, за что конкретно Death Stranding следует запретить. Мы живем в постпостироничном мире, где «Кодзима гений» — это как бы шутка, но как бы и нет, и природу этого парадокса одним не нужно объяснять, а другим — уже невозможно. Что забавно, Metal Gear Solid V как раз был и о трудностях перевода тоже. Совпадение? Хорошо, хорошо, совпадение.

Гений уехал, а мы-то остались. Раньше мы существовали только в твиттере и фейсбуке, в комментариях в соцсетях и на игровых сайтах, но благодаря Кодзиме мы увидели друг друга в «Вечернем Урганте» и «Гараже», в очередях в «Крокус» (где как никогда было мало случайных людей), в фотографиях в инстаграме гения — и это уже не стереть никогда из памяти. Теперь мы знаем, что в истории про приезд Кодзиму в России нас было много и мы были вместе. И определенно не в последний раз.