Прохождение квеста «Клуб Романтики. Секрет небес 3 — Конец вечности» (1 сезон, 1-17 серии) — все выборы и решения

Ты можешь выбрать самую глубокую яму, но спрятаться не выйдет — зло уже там.

Затраты алмазов (20-513): 0/27/27/49/49/136 — выбор наряда, 0/20/20/27/27/27/27/132 — выбор прически, 0/70/102/155 — выбор макияжа, 49 — сцена с Фелонией, 70 — сцена с Кассиэлем, 20 — принюхаться к запаху

Одри.

До тронного зала, где ее ожидал званый вечер с союзниками, Одри пришлось продираться по бесконечным лабиринтам катакомб. Желание Шепфамалума найти и привести ему детей-метисов, скрывающихся в этих грязных стенах, сейчас не казалось ей таким ужасным. Это темное сырое место походило больше на могилу, чем на чей-то дом. Отшатнувшись от горящих свечей, Одри на всякий случай подобрала юбку.

Выбор наряда:

Выбор: Выбрать другой наряд?

Выбор прически:

Выбор: Выбрать другую прическу?

Выбор макияжа:

Выбор: Выбрать другой макияж?

Зал, в котором они оказались, поражал своим пространством. Одри старалась не думать о том, как глубоко они ушли под землю, пробираясь к этой иллюзии свободы. К ним, словно из ниоткуда, вышел высокий и статный демон. Спокойным низким голосом он поприветствовал собравшихся. Следом за ним тенью проследовала красивая, но очень бледная демонесса. От Давида Одри узнала, что зовут демона Соннелон. Очевидно, астрейские демоны были ему хорошо знакомы, на всех них он смотрел как на старых друзей. Когда Соннелон приветствовал Малека, тот протянул демону руку. Улыбнувшись такому человеческому жесту, Соннелон все же ее пожал. После недолгого разговора с Малеком, демон приветствовал Одри — носительницу воли Шепфамалума. Он был рад встрече.

Выбор: ...

Соннелон представил собравшимся свою спутницу — его дочь Ости. Ее изучающий взгляд прошелся по всем в зале и задержался на Одри на несколько мгновений. Когда все стали рассаживаться за стол, Одри заняла место у края стола, рассчитывая, что рядом сядет кто-то из астрейцев, но на соседний стул опустилась дочь Соннелона. Соннелон поднял бокал и все последовали его примеру. Он предложил выпить за новый мир, который они построят своими руками. Одри собиралась поднести бокал с незнакомым дымящимся напитком к губам, но ее руку накрыла ладонь соседки. Ости предложила ей взять вино, потому что глифт может убить человека, но как подействует на нее — неизвестно. Демонесса протянула девушке бокал, наполненный кроваво-красной жидкостью. Одри отпила удивительно вкусного вина и ощутила, как внутри расплылась приятная легкость. Впрочем, она быстро испарилась, когда Ости наклонилась чуть ближе и заговорила о ее спутнике.

Романтические отношения с Давидом: Ости заметила, что главная героиня оказалась куда смелее многих, если отдала сердце потомку Азраэля. Говорят, Давид обещал залить Пустыню Грехов кровью, если демоны поднимут любимую из могилы. Обещал принести головы всех, кого они только пожелают... Одри отметила, хорошо, что Шепфамалум согласился помочь раньше демонов.

Романтические отношения с Малеком: Ости удивилась, что главная героиня вместе с Аваддоном. У него разве есть сердце? Он так хищно смотрит на возлюбленную, прямо пожирает глазами. Дочь Соннелона рассказала, что Малек отозвал свое войско из-за девушки.

Романтические отношения с Рафаилом: Ости рассказала, что Рафаил предал Шепфа ради любви. Рискнул всем миром ради Одри. Это так романтично. Главная героиня возразила. Рафаил пожалел Астрею, не захотел запирать ее с Баалом. Главное, что Шепфа мертв, а Рафаил жив.

Романтические отношения с Кассиэлем: Ости сказала, что за Кассиэлем демонессы бегали толпами. А он от всех отмахивался, ждал возлюбленную. Бессмертной очень любопытно, почему демон выбрал человека и как на это отреагировали его родные? Одри ответила, что с близкими Кассиэля она еще не знакома. Дочь Соннелона отметила, что видимо, демон копит новости, чтобы убить ими родных за один вечер.

Романтические отношения с Микаэлем: Ости удивлена, что человек и архангел вместе. Это любопытно. Об этом все судачат вокруг. До встречи с возлюбленной у Микаэля была отличная репутация на Небесах. Получается, что Одри хуже дьявола. Сбила с пути одного из лучших.

За столом говорили о делах. Соннелон сказал, что никому больше не удастся сохранить нейтралитет, они поставят каждого перед выбором. Задумчиво гоняя в бокале глифт, Малек внимательно вслушивался в слова хозяина дома. Диалог о метисах прервали слуги, подоспевшие с ароматными блюдами на выбор.

Выбор: Перед тобой...

Малек попросил Соннелона рассказать, с кем они имеют дело, потому что многое упустили, развлекаясь на земле. Малек хотел знать, кто их враги, какие у них есть слабости, желания и рычаги давления. Соннелон отставил бокал, откинулся на спинку стула и сказал, что наибольшую опасность для них представляют всадники. В живых осталось двое: Голод и Война. Но пока они не примкнули к сопротивлению, насколько ему известно. Когда Давид спросил о Люцифере, лицо Ости стало чуть бледнее. Соннелон сказал, что у Люцифера был шанс занять трон после битвы с Мальбонте, он не смог сберечь даже свою жизнь. После этих слов Ости вспыхнула, защищая Люцифера, но тут же притихла под тяжелым взглядом отца. Фелония спросила, кого они должны убить первым. Поразмыслив, он назвал Ребекку, потому что она давно им мешает. Затем следует убить Эрагона. Разумеется, перебить нужно и всех ангелов, которые встретятся им на пути: начиная с сильных бойцов вроде Дино и заканчивая провидцем Сэми. Метисы тоже их цель, но самый опасный из них — Астарот. И самым последним будет Мальбонте — на десерт. Последнее имя отозвалось в Одри старой болью.

Выбор: Мне захотелось...

Одри спросила, кто такой этот Мальбонте. Соннелон рассказал, что он первый Метис, любимчик Шепфамалума. Мальчишкой он провел рядом с ним целую вечность, развлекая своими слезами и воплями. Еще ребенком Шепфа разделил его на две части и запер его темную сторону вместе с Шепфамалумом. Сейчас он собрался воедино, но полон ненависти. Одри подумала о том, что нужно поговорить с Шепфамалумом и выяснить, что для него значит Мальбонте. Если темный бог и правда нашел в мальчике что-то важное для себя, то на этих чувствах она сможет играть. Все то время, что Одри размышляла, за ней пристально наблюдал Малек. Соннелон предупредил, что метисы — крайне сильные бессмертные, хоть ангельская часть в них слабее. Поэтому было бы хорошо, если бы дети пошли сегодня с ними добровольно. Фелония встала из-за стола и сказала, что если никто не возражает, то она бы занялась делом. К ней присоединился Кассиан. Остальные же остались за столом, продолжая разговоры с хозяином дома.

Их путь лежал через все те же бесконечные лабиринты однотипных коридоров. Они извивались, опускались и поднимались, иногда сужаясь так, что продвигаться приходилось по одному. Молчаливый провожатый чутко следил, чтобы никто не затерялся во тьме подземного царства. Бессмертные, явно не ожидавшие их прихода, жались к стенам и укрывали крыльями своих детей. Никто не проявлял агрессии, но чувствовалось искрящееся напряжение в воздухе. Малек заговорил с одним из демонов об огромной силе их детей, которая нужна для прославления Шепфамалума. Отдельно от толпы стоял подросток, очевидно лишившийся родителей. Фелония вышла вперед и заявила, что отныне их дети принадлежат Шепфамалуму. Если они хотят их увидеть, им придется приползти к нему на коленях. Ледяное спокойствие незваных гостей внушало бессмертным страх. Один за другим они выходили вперед, сжимая плечи своих детей. Одри удивило, как просто и быстро все произошло. Минуту спустя у стены остался стоять лишь подросток-сирота. Когда Малек спросил у него, останется ли он один в этом месте, парень ответил, что не хочет на войну. Эти слова заставили уже сдавшихся бессмертных напрячься. Они понимали, на что обрекают своих детей, но заявление мальчишки будто заставило их осознать это по-настоящему. Подросток сказал, что не хочет умирать за того, кого даже не знает. Он не был воином или убийцей. Кассиан и Фелония переглянулись и шагнули вперед, когда темная часть метиса запульсировала в его крови. Одри ощутила ее так ясно, словно она забилась внутри нее самой.

Выбор: Я должна...

Подросток закричал. Его сила — неистовая, неуправляемая — отбросила всех на несколько метров. Вопль метиса встряхнул пространство так сильно, что с потолка посыпались камни. Все застыли, наблюдая за испуганным мальчишкой. Фелония сказала, что они должны остановить подростка, пока он не похоронил всех их в тоннелях. Кассиэль заставил провожатого увести людей с детьми. Когда стихли голоса уходящих, Малек спокойно приказал убить метиса. Никто не стал спорить с ним, все приготовились исполнить приказ. Мнения астрейцев, крики детей и треск накопившейся силы — все смешалось для Одри в один раздражающий гул. Ей очень хотелось, чтобы хотя бы ненадолго все замолчали.

Если прокачивали тьму Шепфамалума, то главная героиня ее выпустит и напугает демонов. Ты это чувствуешь? Твоя новая сила!

Одри оказалась рядом с испуганным подростком. Его страх, как живое существо, бился в истерике, рвался наружу, подавляя разум. Но ей не нужно было его сознание, она хотела успокоить его чувства. Одри воззвала к силе, что так долго ее мучила. К силе, дарованной Шепфамалумом.

Путь Жестокости: Главная героиня мысленно вцепилась в темное начало паренька и скрутила в его тугой узел. Так же, как выворачивал ее Шепфамалум раз за разом. Метис завопил в знакомой манере. Парень отключился, а вместе с ним померкло и сознание Одри.

Путь Милосердия: Комнату наполнил шепот десятка голосов, он был везде и нигде. И этот шепот окружил обезумевшего от страха метиса. Он успокаивал темное начало мальчишки, баюкал, как самая сладкая колыбельная. Ребенок наконец услышал то, что хотел. Его глаза закрылись, он осел на землю. И как только его сознание отключилось, померкло и сознание Одри.

Спустя время.

На мгновение Одри показалось, что она вдруг оказалась в «Гудламе». И даже успела подумать, будто все, что с ней произошло, оказалось лишь сном. Поморщившись от едкого запаха, Одри открыла глаза.

Романтические отношения с Кассиэлем:

И увидела у своей кровати Кассиэля. Запрокинув голову, демон едва касался макушкой ее бедра. Его длинные ноги упирались в соседнюю кровать, а руки покоились на тяжело вздымающейся груди. Веки чуть подрагивали — он явно не спал.

Выбор: Хочу…

Больничное крыло в мире бессмертных мало чем отличалось от человеческого. Лишь ледяная синева на стенах выдавала его местоположение. Одри снова была в Снежной долине. Царящая в комнате атмосфера показалась девушке тяжелой и давящей. Она спросила Кассиэля, чувствует ли он странный запах. Вместо ответа демон прошелся по комнате. Сладковатая вонь доводила Одри до приступа тошноты.

Выбор: На что это похоже?

Одри отодвинула шторку и в ужасе уставилась на открывшееся ей зрелище. На койке лежал едва живой ангел, изуродованный странной черной плесенью. Темные рваные пятна покрывали все его тело и были не только снаружи, но и внутри, судя по изъеденным губам. Одри подошла ближе, чтобы рассмотреть хрупкое, юное тело. Точно почувствовав ее, ангел дернулся и пришел в себя. Он начал о чем-то умолять, а Одри пыталась лихорадочно сообразить, что делать. Она спросила, как ему помочь. Ангел взмолился, прося убить его. Девушка отшатнулась, а Кассиэль подхватил ее, отводя подальше. Ангел начал задыхаться, и его просьба утонула в жутком, мучительном хрипе.

Путь Жестокости: Главная героиня хочет прекратить мучения ангела. Жизнь не стоит таких страданий.

Путь Милосердия: Главная героиня хочет помочь парню. Нужно найти Микаэля. Жизнь стоит того, чтобы за нее бороться.

Подошедший Уфир сообщил Одри, что этот ангел — пациент «42». Он бесшумно проскользнул в комнату и задернул штору, закрывая ангела от их глаз.

Выбор: Ты...

Одри спросила, чем Уфир здесь занимается. Он снисходительно, будто она сама должна была это понять, ответил, что пытается сделать из ангела демона. Это крайне важно, еслили учитывать, что в новом мире белокрылым нет места. Одри не успела ему ответить, потому что двери в больничное крыло с шумом распахнулись и в комнату вошли трое. Микаэль вел под руку отрешенного Наума, за их спинами шел встревоженный Рафаил. Одри поняла, что сделка состоялась, но радости на лице архангела не увидела. Подойдя к Уфиру, Микаэль подтолкнул к нему до жути покорного брата. Тихим, чужим голосом сказал ему, что он должен сделать что-нибудь. Демон тут же понял, чего от него хочет архангел и подошел к Науму. Заглянув в мутные, отрешенные глаза, напомнил Микаэлю, что из всех здесь именно он является целителем. Стиснув зубы, Микаэль попросил помочь Науму. В глазах Уфира мелькнуло сочувствие, но быстро погасло, сменившись искрой научного интереса. Он сказал, что не может вернуть Микаэлю его брата, потому что его с ними больше нет. Все, что он может — это сделать из него некое подобие заводной куклы, но не более. Воспоминания Наума стерты, а мозг превратился в кашу. Он в агонии, они никак не могут ему помочь, и архангел должен это знать. Микаэль положил ладони на лицо брата, осторожно коснулся лбом его лба. Простоял так несколько мгновений, а потом, закрыв глаза, тихо выдохнул, соглашаясь, что знает. И, прежде, чем уйти, свернул Науму шею, освобождая от страданий.

Конец 11-й главы.